Большое интервью с кружком Blank Note (Himawari)

91fZnM5Ii7L.png

Внимание, большое количество спойлеров к Himawari! Если вы еще не читали эту новеллу, советую пока воздержаться от чтения интервью.

Прошло полгода с выпуска Himawari, а новелла уже успела стать хитом. Что вы можете сказать по этому поводу?

G.O.: Прежде всего, сложно поверить! Новелла была выпущена на зимнем комикете (CM73), и для продажи было выставлено около 200 копий. Я думал, что продать 80% от заготовленного тиража – это уже огромный успех, и в итоге количество проданных копий почти дотянуло до этого количества. Старт оказался успешным и я был очень рад. Между тем, я наладил контакты с сотрудниками книжного магазина, в результате чего продажи начали постепенно увеличиваться, и в какой-то момент я начал понимать, что все серьезно. Мне часто приходили жалобы от клиентов, что новеллу нельзя заказать по почте или купить в магазине, и мне жаль, что я не мог своевременно на это реагировать.

Расскажите подробнее про создание кружка.

G.O.: Кружок функционирует уже четыре с половиной года. Поначалу это был кружок, занимающийся побочными работами на основе чужих произведений. Художника Himawari, Tatsukichi, я знал уже довольно давно, но поначалу мы занимались додзинси-деятельностью обособленно. Как-то раз мы попробовали поработать вместе над одной книгой, и это оказалось очень весело. В то же время, когда мы начали активно общаться, я познакомился с Higurashi no Naku Koro Ni, и глава Meakashi-hen произвела на меня очень глубокое впечатление. Тогда я начал думать, что возможно у нас получится сделать что-то подобное. Один бы я на это не пошел, но нас ведь было двое!

Так это «Цикады» повлияли на то, что девушки в Himawari порой ведут себя безумно, вплоть до сумасшествия?

G.O.: Да, пожалуй, «Цикады» в этом плане оказали на новеллу определенное влияние.

Понятно. Не будем вдаваться в подробности, но видимо у той самой концовки с отрезанием важного органа ноги растут оттуда же (смеется).

G.O.: Вы уже достаточно вдались в подробности (смеется)! На самом деле, это моя любимая концовка! Сцена, где эта девочка впадает в сумасшествие просто лучшая.

Вернемся к предыдущей теме: расскажите, как шла разработка новеллы.

G.O.: Tatsukichi жил довольно далеко, и поэтому мы каждый вечер общались в мессенджере и болтали о всякой ерунде, затрагивая при этом тему разработки, и дело постепенно шло. Я думаю, во многом сыграло то, что мы были старыми друзьями: я мог без всякого беспокойства довериться Tatsukichi, пусть даже лично мы виделись нечасто.

Были ли у вас разногласия по поводу иллюстраций или постановке сцен?

G.O.: Конкретно по поводу иллюстраций разногласий не было, но мы долго обсуждали их количество. Были сцены, на которые очень хотелось поставить полноценные CG, но в таком случае пришлось бы жертвовать другими важными сценами. Ведь поначалу мы планировали выпустить новеллу на прошлогоднем комикете, но были очень заняты и не успевали. После чего решили во что бы то ни стало выпустить ее на зимнем комикете, и чтобы точно успеть, составили план. Но несмотря на это, в процессе написания сценария постоянно хотелось добавить CG на определенные моменты, и поэтому мы заранее определились, сколько иллюстраций он сможет нарисовать, так что пришлось ограничиться этим количеством.

Tatsukichi: Самым сложным было определиться с количеством необходимых CG. Хоть Himawari и является некоммерческой разработкой, продолжительность у новеллы весьма немаленькая, и для такого большого количества текста нужно было предоставить соответствующее число CG. Были случаи, когда я, пользуясь снисходительностью G.O., просил его обойтись без CG на определенных моментах, но были и сцены, которые я сам хотел бы нарисовать, если бы было время! К тому же, в процессе разработки я, само-собой, читал сценарий, и он был просто чертовски интересным. Настолько, что я не просто считал за честь быть причастным к этой работе — порой я даже сомневался, соответствую ли ее уровню, и это даже оказывало на меня давление. В итоге, я думаю, что смог преодолеть все сложности только потому, что наши цели совпадали: мы хотели не только оставить что-то после себя, но и повеселиться, наслаждаясь процессом совместной работы.

G.O.: Я понял с самого начала, что, если бы не было Tatsukichi, ничего бы просто не началось. Я пробовал сам заниматься чем-то вроде дизайна персонажей, но у меня не хватало мотивации. Если бы не было Tatsukichi, определенно точно не было бы и Himawari!

А кто занимался технической частью?

G.O.: В плане движка мы остановились KiriKiri. Я подумал, что это оптимальный вариант, за счет большого количества дополнительных плагинов. За написание скрипта отвечал я сам, и это была очень тяжелая работа. Но мне придавало мотивации то, что скриптинг больше некому было доверить, а еще я сам хотел заниматься постановкой сцен. Поскольку фоны приходилось использовать исключительно свободные, выбора было мало, и в итоге получалось много сцен с черным фоном. Я долго думал, как можно это компенсировать и много раз переделывал одни и те же сцены, пытаясь понять, как лучше смотрится. Композиции саундтрека тоже были сугубо бесплатными, так что приходилось тщательнейшим образом их отбирать. Хорошо, что нашлось много действительно замечательных композиций.

Как родились образы главных героинь?

Tatsukichi: Так как Ариес и Аква были сестрами, я представил их как пару, дополняющую друг друга. Ариес невинна, легко привязывается к людям, а Аква — цундере. Из этого и родились образы. Визуал тоже развился из простой идеи контраста белого и черного. Одеть Ариес в цельное платье, а Акву в наряд готической лолиты было указанием G.O., но, пожалуй, с моим образом это сходилось идеально.

G.O.: Чтобы силуэты не сливались, я с самого начала решил, что у Ариес будет короткая стрижка, а у Аквы хвосты.

Tatsukichi: Далее, Аска. Я рисовал ее, держа в голове образ богатой девушки, которая старше главного героя. Но при этом старался подчеркнуть ее скромность.

G.O.: В новелле этого не говорится, но на самом деле у нее крашеные волосы. На самом деле, ее волосы… доверьтесь вашему воображению (смеется)!

Tatsukichi: Ну и наконец, Аой. Ее я рисовал, держа в голове образ влюбленной девушки, которая пытается прихорошиться. Пытаясь побороть свою стеснительность, надевает броскую одежду и т.д. И еще я пытался, чтобы ее образ отличался от Ариес и Аквы. Особенно когда дело дошло до спрайтов.

Когда была готова первая половина сценария (и выпущена демо-версия), дизайны Ариес, Аквы и Аски были уже полностью утверждены, а спрайты практически готовы. И удивительно, что, после того, как начала вырисовываться вторая половина и персонажи стали по-настоящему раскрываться, я не заметил, чтобы их образы в сценарии расходились с дизайном.

Расскажите, как именно вы придумали сюжет новеллы.

G.O.: На самом начальном этапе не было четкого ориентира: все началось с того, что мне захотелось написать историю о рухнувшей с неба девочке, которая страдает потерей памяти и пытается ее вернуть. И когда я начал размышлять, почему она свалилась с неба, начал вырисовываться наиболее реалистичный вариант, и получилось так, что она прилетела с космической станции. В любом случае, изначально я планировал написать «приключенскую визуальную новеллу о лоли-пришельце, с которой сожительствует главный герой», чем в итоге и характеризовал жанр новеллы.

Впервые услышав об этом, что вы подумали, Tatsukichi-сан?

Tatsukichi: Когда я услышал, что главной героиней во что бы то ни стало должна стать лоли, я подумал, что от G.O.-сана иного можно было не ожидать (смеется).

G.O.: Лоли – это очень важно. «Л», потом «О», снова «Л», и затем «И» (смеется).

Tatsukichi: Если даже не брать в расчет лоли, G.O.-сан нисколько не ограничивал себя в плане наполнения истории своими любимыми сюжетными решениями. Мы с ним с давнего времени знаем друг друга по деятельности в додзинси-кружках, и наши вкусы во многом сходились (к примеру, в страсти к научной фантастике), так что я смог принять все его капризы без проблем.

«Приключенская визуальная новелла о лоли-пришельце, с которой сожительствует главный герой»… В наше время? Как вы додумались до этого?

G.O.: Возможно это снова чье-то влияние, но… как бы сказать… Изначально я планировал написать так называемую «очиге» (от «очиру» — «падать» и «гейму» — «игра» – прим перев.), в которой с неба падает девушка и главный герой вынужден с ней сожительствовать. Но в итоге я значительно отклонился от этой идеи, и это описание стало не более, чем шуткой.

Действительно, если оценивать всю новеллу целиком, то это описание еще больше теряет смысл.

G.O.: Как только я начал раздумывать над важными элементами сюжета, для Ариес понадобился контрастный персонаж в виде Аквы, а в процессе продумывания предыстории начало всплывать все больше важных моментов и масштаб новеллы стал значительно увеличиваться.

Нельзя не заметить, что история Аквы содержит в себе массу научно-фанастических элементов и космос является одной из главных ее тем. Вся новелла пропитана чувством влечения к небу. Что скажете по этому поводу?

G.O.: Я любил научную фантастику с самого детства и в начальной школе мечтал стать космонавтом. В итоге космонавтом я не стал, но начал подумывать: а не написать ли мне историю, в которой я становлюсь космонавтом?

Tatsukichi: Когда я впервые ознакомился с концептами Дайго, первая ассоциация, что всплыла в моей голове – Исаму из Macross Plus. Жизнерадостный, но безрассудный, ловелас, но с замашками героя. Синий цвет космического скафандра, если честно, я тоже взял оттуда. И я действительно очень старался, чтобы Дайго производил на читателей более глубокое впечатление, чем Гинга, тщательно выверяя каждый элемент дизайна, будь это даже длина бороды. И когда я впервые прочитал законченную версию 2048, то Дайго в самом деле меня шокировал. В хорошем смысле (смеется).

G.O.: Борода (смеется)! И правда, помню, мы спорили насчет бороды (смеется).

Tatsukichi: Еще G.O.-сану понравилось, насколько пугающим получился Акира. Я рисовал его, представляя образ по-настоящему неприятного человека. Думаю, в университетские годы у него было более мягкое выражение лица. Дайго же, по видимому, нисколько не изменился (смеется).

G.O.: Честно говоря, на ранних набросках у Акиры была борода. Но потом появились Гинга и Дайго, и мы решили отдать им честь быть бородатыми. Помню, еще мы жестко дискутировали по поводу наличия или отсутствия лобковых волос у женских персонажей… Блин, что-то мы только об одной растительности и говорим…

Немного неловкий вопрос, но, возможно, Дайго – это воплощение мечты G.O.-сана?

G.O.: Именно это и было изначально задумкой. Не думал, что стану таким странным персонажем (смеется).

Вместе: (смеются).

G.O.: Поначалу планировалось, что протагонистом 2048 станет Дайго, и история будет рассказываться от его лица. Мужчина, стремящийся к небу, встречается в космосе с девушкой — все должно было быть так банально. Но по мере продумывания сюжета, его место естественным образом заняла Аква.

Единственное, что меня беспокоило: если бы Дайго был протагонистом, было бы куда легче расписать любовную историю, ведь рассказывать ее от лица такого загадочного персонажа, как Аква, казалось очень сложным.

Но все равно было столько вещей, о которых невозможно было рассказать, не будь Аква протагонистом, и в итоге эта роль досталась ей.

Новелла интересна тем, что история каждого персонажа как будто медленно собирается из кусочков паззла. Использовали ли вы что-то вроде флоучарта, чтобы не запутаться?

G.O.: Хм. Я думаю, что новелла устроена достаточно просто. Есть обычный мир, который на Земле, и необычный, который в космосе. Есть обычная повседневность, а есть необычные дни, вызванные ворвавшимся пришельцем. Да, если смотреть с позиции Ёичи, история будет представлять собой разбросанные кусочки паззла. Но если сделать Дайго протагонистом 2048, то практически все кусочки паззла сойдутся в одну картину.

В 2048 история кажется разбросанной по кусочкам только потому, что в ее центре Аква, которая ничего не знает. Она встречает разных персонажей, которые держат свои кусочки паззла, и из-за этого кажется, что история связывается в одну точку.

И это тоже влияние глав Onikakushi-hen и Meakashi-hen из Higurashi no Naku Koro ni.

Кстати говоря, про Meakashi-hen

(оживленное обсуждение о том, как прекрасны персонажи Мион и Шион затягивается на 30 минут)

G.O.: Собственно, причина использования концепта с амнезией протагониста в том, чтобы поставить читателя на его место и он ничего не понимал.

Все-таки, в сюжетах с протагонистами, страдающими амнезией, самое страшное – узнавать новую информацию.

G.O.: Аой и Акари в процессе возвращения памяти – очень страшные создания. В то же время, Аой – первая любовь Ёичи, а Акари – Дайго и Акиры. А первая любовь – это… как бы сказать. Что-то вроде последнего босса.

Вначале кажется, что эти чувства никак не проявляются, но даже с течением времени они остаются глубоко в сердце. И мне хотелось передать этот ужас первой любви, которую не получается забыть. Не называя имен, хотел рассказать, что раньше тоже был на месте героев.

Не хотели бы вы при возможности добавить в новеллу спрайт для Акари?

G.O.: Я как можно сильнее пытался не представлять ее образ. Ведь последний босс страшен именно потому, что его не видно. Даже если бы того позволяла ситуация, я бы не стал этого делать.

Акари была очень подвержена ностальгии. Как минимум, с тех пор, как стала жить в космосе.

G.O.: Не ломайте всю задумку!

История берет начало в университете, потом продолжается в Saionji Group, а потом вообще перемещается в космос…

G.O.: Так ведь Акира – такой человек, который упрямо продвигается к своей цели, а у Дайго такой характер, что, заметить не успеешь, а он уже летит к Луне. И только Акари оказалась в космосе всего лишь потому, что хотела сохранить их университетские отношения. В университетские годы им было слишком весело вместе, и она хотела, чтобы так оставалось всегда. Но из-за того, что эти двое нашли для себя разные цели, их пути начали расходиться. Отношения между Дайго и Акирой стали слишком тяжелыми, и в итоге ничего и не осталось кроме желания вернуться в былые деньки.

Весьма нескромный вопрос, но Акари одновременно любила и Акиру, и Дайго?

G.O.: Зависит от того, что есть любовь с точки зрения Акари. Но если определяться с тем, кого она любила, то, пожалуй, она любила обоих одинаково. Я думаю, что, если бы Акари была обычной девушкой, эта история бы не началась изначально.

В новелле весьма много научной информации и рассуждений по биологии и астрономии. Что послужило основой для таких обширных знаний?

G.O.: Стыдно признаться, но многое из этого просто случайно подхваченная информация из детства или просто информация из интернета или книг. Например, то, что период овна начинается с 21 марта, я прочитал в интернете. Я старался добиться эффекта реалистичности, но так как мне больше нравится говорить об отдельных фактах, это по большей части реализовывалось в «подсказках» («Tips»). Я старался раскидать их как можно больше.

Новелла использует довольно необычный подход к «подсказкам».

G.O.: В Higurashi Sousa File были страницы, стилизованные под порванные, грязные вырезки из журналов, среди которых были заметки, выполненные от руки, и это чувство реализма, исходящее от художественного произведения и сподвигло меня на создание «подсказок».

Если уж говорить о «подсказках», то нельзя не упомянуть «подсказку» под номером 36. Прямо спрошу: это правильная концовка?

G.O.: По большей части, я написал ее, потому что мне хотелось спасти Ариес. Поскольку эта концовка находится на разветвлении рута Аквы, я боялся, что ее рут могут принять только как подводку к концовке Ариес, и поэтому решил, что правильной концовкой она быть не может и поместил ее в «подсказки».

А какую концовку вы считаете правильной?

G.O.: Для меня это рут Аски. Порядок рутов строго определен не просто так: я хотел, чтобы читатель по-порядку переходил от персонажа к персонажу, наблюдая за развитием истории. И рут Аски это не только история Аски, но и итог, к которому в конце концов подошла история, пройдя через несколько рутов.

Тогда давайте более подробно поговорим о персонажах. Думаю, логично будет начать с Ариес – упавшей с неба девочки.

G.O.: Всем персонажам новеллы есть 18 лет (смеется), но из-за того, что на вид им не более 14, в общем, иногда я изображал их как детей. Ариес тоже по ходу истории проявляет любовный интерес, но на самом деле она, пожалуй, еще слишком юна для любви. Ее психологический возраст колеблется в пределах 10 лет, может меньше.

Это влияние жизни на космической станции?

G.O.: Думаю, это самая главная причина. У нее не было ничего, что могло бы на нее серьезно повлиять, помимо короткого периода соприкосновения с Ёичи. Поэтому я думаю, что ее характер стал таким именно из-за того, что она росла на станции. Ариес может выглядеть сильной в какой-то мере, но из-за изоляции от всего мира она на самом деле очень хрупка. И я не раз в 2048 старался подчеркнуть ее эмоциональную нестабильность. Советую внимательно прочитать этот эпизод, и тогда вы лучше поймете Ариес из настоящего.

Если подумать об этом, очень грустно. Я сам узнал о существовании 36-й «подсказки» уже намного позже, так что впечатление вышло несколько обрывистым.

G.O.: Извиняюсь за столь неочевидную систему (смеется). Я даже думал, что до нее никто и не доберется, но множество людей писали свои впечатления и я был рад этому. В первой версии, которая была выпущена на зимнем комикете, этой подсказки не было. В версии, которая продается сейчас в магазинах, она имеется, да и старую версию можно обновить посредством патча, просто это очень важная сцена и я действительно рад, что в итоге ее добавил.

А как насчет Аквы, которая разительно отличается от всех других персонажей?

G.O.: Если сравнивать с другими героинями, то у нее был самый большой потенциал для взросления. У других героинь этот потенциал был задавлен определенными обстоятельствами. Поэтому нисколько неудивительно, что Аква быстро сблизилась с Ёичи, ведь он тоже находился в самом разгаре взросления. В процессе написания сценария, я все время задавался вопросом «каким образом дети становятся взрослыми?». Становятся ли они взрослыми благодаря какому-то случаю, или это происходит постепенно? Я думаю, что в процессе этих размышлений и родилась Аква.

Что сказать, Аква хорошо ладит с Ариес. Со второй половины они начинают все больше походить на сестер, но возможно эту деталь я все же немного упустил. Возможно, стоило побольше акцентировать на этом внимание в 2048, но т.к. Аква в этом эпизоде быстро становится эмоционально нестабильной, это было бы достаточно сложно. В промежуток между 2048 и 2050 годами, не описанными в новелле, эти двое, получив тяжелые душевные травмы, жили на космической станции только вдвоем и тянулись друг к другу. Если говорить жестко, то это было время, эти двое зализывали друг другу раны.

Возможно именно из-за такого печального прошлого мы видим столько больших онии-санов, которые называют Акву своей женой?

Я ценю это. Ведь она популярный персонаж по всем законам жанра: сестричка, часто бывает безжалостной, в зависимости от ситуации может демонстрировать разные черты характера, так называемая, «цундере», ходит с хвостиками, косит взглядом и первый раз появляется в качестве врага. Что ж, пожалуй, все требования соблюдены (смеется).

История начинается с «настоящего» в 2050 году, а потом возвращается в прошлое 2048 года. Почему вы решили построить историю именно таким образом?

G.O.: Когда я только начинал додзинси-деятельность и занимался побочными работами по чужим франшизам, больше всего мне нравились работы Key. В частности, мне очень понравилось, как был построен сюжет в Air, где повествование из настоящего перемещалось в прошлое, а из прошлого в настоящее. И мне просто захотелось написать что-то подобное. В итоге, из-за того, что я хотел отделить историю, происходящую на Земле, от истории, происходящей в космосе, в последней и отсутствуют выборы, и, как следствие, возможность повлиять на события настоящего. Трагедии прошлого не избежать, ведь это история прошлого, а прошлое уже не изменить. И хотя в одном месте я и добавил выбор, он не ведет на какое-то сюжетное разветвление, а просто показывает еще одну вероятность развития событий, в которой Аква спустя два года погружена в уныние.

А теперь поговорим об еще одной героине, о которой весьма сложно говорить без спойлеров – Аой.

G.O.: В первую очередь, я хотел изобразить ее как одинокую девушку. Аой была больше показана как девушка с хорошими манерами, весьма веселая и отзывчивая, но все-таки она ведь тоже была заперта на космической станции, и поначалу, переехав в дом семьи Хината, была достаточно молчаливой. Постепенно она раскрывала свое сердце Ёичи, и читатели в основном видели ее только с этой стороны, хоть и «подсказках» явно показывалось, что не все было так гладко. Но в основном, хоть она и была достаточно застенчивой, Аой не пришлось перенести столь глубокие раны, как Ариес и Аква, так что в основном, она вполне обычная девушка, только немного не привыкшая к людям.

Заметно второстепенное значение и весьма малое количество хентайных сцен.

G.O.: Не хотелось делать хентайные сцены ради хентайных сцен. И в то же время, не хотелось полностью от них отказываться. Поэтому вполне естественно, что в итоге новелла оказалась 18+ работой, в какой-то мере это даже было моей целью.

И наконец, расскажите про Аску – весьма самоуверенную девушку и одноклассницу главного героя.

G.O.: Хотелось добавить хотя бы одну героиню, которая отличается сравнительно высоким ростом, и по психологическому возрасту старше Ёичи. Хотя все персонажи Himawari в той или иной степени дети.

Кстати, посмеялся с названия любовного отеля, я ведь в выходной частенько туда захаживаю.

G.O.: Эээ?! Он существует?

Да, в Токио, Икэбукуро… Ой, стоп!

G.O.: Так вы не про любовный отель, а то я успел удивиться (смеется).

Да ладно, не буду же я на интервью у человека, которого вижу первый раз в жизни, раскрывать подробности своей половой жизни (смеется).

G.O.: Да нет, вы правда меня удивили (смеется). Но планетарий – это отлично. В том месте с похожим названием я, к сожалению, не был, но хочу когда-нибудь сходить. Честно говоря, часто жалею, что в Токио не видно звезды. Еще до того, как я начал писать Himawari, я был в горах Аомори, и звезды, которые я увидел там, были слишком прекрасными. Возможно именно из-за того, что я был поражен этим звездным небом, я снова испытал интерес к космосу, и это разожгло во мне желание написать Himawari.

Раз уж мы закончили с героинями, почему бы не поговорить о жизнерадостном пареньке, который появляется еще раньше протагониста – Гинга. Расскажите, как родился этот персонаж.

G.O.: Хотелось изобразить его эдаким сверхчеловеком. Поскольку протагонист был мягким и нерешительным, хотелось добавить ему друга, который будет тащить его за собой и придавать уверенности. Поскольку Акира и Дайго были практически равными друг другу, их отношения строились совсем по-другому, а Ёичи и Гинга, в свою очередь, давали друг другу силы, и мне показалось это интересным. К тому же, Гинга не совсем сверхчеловек и у него есть большая слабость в виде отца.

Раз уж мы заговорили об этом, то личность Момидзи – матери Дайго, тоже очень интересна.

G.O.: Почему Дайго смог так быстро переключиться на Момидзи после того инцидента с полетом на Луну? Конечно же, во многом из-за того, что Акари его отвергла, но есть также и другие причины. На самом деле, между этими двоими была связь. Там какая-то технология клонирования замешана, вроде как. В общем, как минимум, она не простой человек.

Вероятно, отношения Аски, Ёичи и Гинги никогда не поменяются.

G.O.: Интересное замечание. Если бы Гинга испытывал к Аске чувства, то стал бы второй копией Дайго. Честно говоря, в начальных зарисовках между Ёичи, Аской и Гингой был любовный треугольник. На тот момент я еще не продумал события прошлого — просто казалось, что будет интересно выстроить любовный треугольник, но в процессе продвижения сюжета реализовал эту идею с Акирой, Акари и Дайго, и решил, что дети должны выбрать свою судьбу, отличную от родительской. Хотя и эта троица в какой-то мере унаследовала волю родителей.

А что насчет воли Соичиро?

G.O.: Соичиро – учитель Акиры, который значительно повлиял на него. В то же время, он заядлый собутыльник Дайго. В целом, воля Соичиро – продолжение воли Акиры и Дайго. Чистое рвение к космосу и желание спасти человечество в первую очередь исходят от него. Вообще, в новелле не было сцен с Дайго и Соичиро, и хоть Тацукичи и говорил мне, что будет очень забавно почитать про их деньки в университете, в итоге, по определенным обстоятельствам, в окончательный сценарий это не вошло. На самом деле, мне действительно жаль, и именно поэтому в режиме омаке Дайго и Соичиро изображены вместе (смеется).

А что вы скажете насчет протагониста – Ёичи?

G.O.: Пожалуй, про Ёичи без тяжелых спойлеров говорить сложнее всего. Я хотел, чтобы читатель мог поставить себя на его место, и поэтому остановился на концепте с амнезией. Но более важно то, что Ёичи не просто «вместилище» для читателя, ведь он таит в себе воспоминания, о которых ничего не знает читатель, и они постепенно начинают проявляться, вызывая у читателя беспокойство. Парень учится во втором классе старшей школы и совсем скоро ему необходимо становиться взрослым. Это период, когда нужно серьезно задумываться о своем будущем и готовиться к сдаче экзаменов, но парень стремится убежать от всего этого, мастеря ракеты. И я долго думал, как он в итоге встанет лицом к лицу с тем фактом, что он не сможет заниматься этим вечно.

В новелле было множество впечатляющих сцен, но какие сцены вам запомнились больше всего в плане визуала?

Tatsukichi: Сцена с Ёичи и Ариес на крыше сарая, пожалуй. И хоть эта сцена появляется не раз, я думаю, что это очень особенное место для них двоих.

G.O.: А ведь эта сцена еще и перекликается с одной из концовок. Когда я об этом думаю, мне хочется затискать эту Ариес, невинно разглядывающую звездное небо.

А были ли сцены, которые отсутствуют в конечном продукте, но вам очень хотелось их нарисовать?

Tatsukichi: Я бы хотел нарисовать Акари, Дайго и Акиру в их университетские годы. А еще Акву в скафандре. На самом деле, я даже начинал ее рисовать, но по ходу дела забросил. А еще какое-нибудь CG с Аой. В «подсказках» оно есть, но мне очень хотелось бы увидеть побольше их с Ёичи повседневных сцен.

G.O.: По различным причинам, в конечный продукт не вошло несколько сцен. К примеру, сцена с Аквой в свадебном платье. Может нарисуешь ее для меня (смеется)?

Да, и для меня тоже (смеется)!

Возможно я повторяюсь, но какая основная тема произведения?

G.O.: Как я уже говорил, это «каким образом дети становятся взрослыми?», а если точнее, то «в самом ли деле дети становятся взрослыми, когда вырастают?». В детстве мне казалось, что, когда я вырасту, то обязательно стану образцовым взрослым, но в итоге я начал замечать, что это работает совсем не так. Тогда мне пришла в голову мысль, что, может быть, в этом мире полно людей, которые так и не смогли стать взрослыми. К примеру, как Акари, которая не заметила, как ее время остановилась, и просто желала дальше оставаться ребенком. Возможно, Акира и Дайго тоже были такими. Но все равно, они постепенно становились взрослыми и между ними начала образовываться пропасть. В этом смысле, Himawari – это история о детстве. История о том, какой первый шаг сделает протагонист для того, чтобы начать взрослеть.

Что вы скажете насчет следующей работы кружка?

G.O.: Само-собой, многие хотят продолжения Himawari. Я сам хотел бы увидеть продолжение, но у меня возникают сомнения по поводу того, действительно ли оно нужно. Я подумывал, что можно сделать продолжение с другими героями, и это вылилось в первоапельское видео «COSMOS». Но это всего лишь шутка, на самом деле я еще не определился, буду ли писать продолжение.

А я думал, что это был намек на то, что продолжение будет.

G.O.: Да, похоже многие так и подумали, но это было что-то вроде попытки взять главную суть Himawari и еще раз выплеснуть ее на читателей. Это не было заделом на продолжение — более того, я даже думал, что если выпущу это, то точно не смогу написать продолжение. С другой стороны, хотелось бы еще поиграться с миром Himawari, погрузиться в него еще больше. Мне очень нравится, что, несмотря на то, что новелла представляет из себя научно-фантастическую историю, она не настолько отдалена от реальности.

А не задумываетесь ли вы о выходе фандиска?

G.O.: Если бы только было время. Скорее даже, я сам бы хотел его прочитать… Может быть кто-нибудь сделает его за меня (смеется)?

Над чем вы работаете в настоящее время?

G.O.: Работаю над короткой историей для бесплатной игры «Kisetsu no Okurimono» (название не окончательное) Юки Футабы-сан. Для нее пишут много авторов, и хоть истории короткие, проект обещает быть интересным.

Ну и наконец, какое послание вы оставите тем, кто уже прочитал, или только собирается читать Himawari?

G.O.: Аква – моя дочь. Пожалуйста, берегите ее.

Tatsukichi: Надеемся на вашу поддержку!

Большое спасибо, что уделили время.

Интервью взято из TORATSU 2008.AUG HEADLINE SPECIAL.

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s